Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

likushin

ОДНОдВОРцы

Когда-то давно, Бог весть где прочлась, а с тем и запомнилась суфийская притча, в которой представлены два совершенно разномирных персонажа: шах, бывший большим оригиналом, то есть чудаком, и собака, простая бродячая собака, в которой не трудно узнать … дурака.
Collapse )
likushin

МОнАТоМ

Его же да вселит Господь и в рай небесный
За множайшие его труды в писаниях,
Пространно мудрословные в претолкованиях,
На память ему да будет вечно и не отбудет.

Надпись на утраченной могиле монаха Епифания
Collapse )
likushin

ФиСК и ВиЗГ

«В 1525 г. Михаэль Гайсмайер* требует превратить все монастыри в больницы; в следующем году Шпайерский сейм получает список наказов третьего сословия, где говорится о необходимости уничтожить все монастыри, конфисковать их имущество и направить его на нужды бедняков». – М.Фуко. История безумия в классическую эпоху. М., 2010. С.73.
Чем-то этот выплеск безумия напоминает нынешнюю, громотекущую историю.
Collapse )
likushin

дЖОМОлунгМОСтрой

Куча государственных добрых дел возводится в каждой отдельно взятой за фук стране. Ландшафт мира стремительно меняется. Фаусты всех эпох и всех обличий бьют в тимпаны. И тимпаны эти – давно уже не ударные инструменты победительного кибелизма, но та часть фронтонов, где прежде принято было изображать разнообразные, по вкусам эпохи, резные, в окаменелости, картинки. Collapse )
likushin

ЛИсТОК

Как-то давно я от нечего делать бродил по блошиному рынку в одном некогда ганзейском городке, на ратуше которого с известной поры гордо восседает белый польский орёл*. Орёл этот – перекрашенный из чорного прусского, славным польским оружием, как всем известно, порядком битого до пообщипанного, но ведь гонору соседей наших беспокойных именно такой по карману. На орла-то я посматривал, а о грешной земле не забывал. Время против нынешнего было смутное, люди выживали как могли, тащили на продажу самый презренный хлам – авось сойдёт за нечто «антикварное», и сыщется тому свой ценитель. В ряду между военной амуницией розных эпох и сомнительной целости фарфором, точно выкраденным минувшей ночью из бабушкиного буфета, наткнулся на книжный развальчик, над развальчиком на раскладном насесте ютилась много пожившая личность, в которой нетрудно было угадать местечковую кровь: верткий подтекающий нос с покалеченными очочками-велосипедом, копна кучерявых с рыжиной волос, пегая клочками борода. Книг было немного, всё разномастное, почти бросовое, но один, по виду не менее чем столетний томик заинтересовал меня. Оказалось, что это изданный в Имперской ещё Риге, прежде мне не встречавшийся и вполне самобытный перевод Гётева «Фауста». Я спросил о цене – сначала по-немецки, потом, из вежливости, по-польски. Личность, почуяв сделку, оживилась, захлопотала, с полчаса мы, точно на восточном базаре театрально торговались и наконец сошлись на приемлемых для обоих деньгах, а с тем и почти дружески расстались. В гостинице, пролистывая приобретённый томик, меж слипшихся страниц обнаружил я ожелтелый листок бумаги, в нём – от руки, карандашом писанный, поблекший во времени текст:
Collapse )
likushin

ТЬФуТАРАКАнЬ

В недавнюю поездку в один великий русский монастырь мне вдруг подумалось, на отъезде, что случись событие Откровения (по предсказанному), от звука первой трубы и до последнего вдоха человечество успеет-таки развернуть производство и сбыт сувениров, сувенирчиков и сувениришек в таком масштабе и с таким, наверное, профитом, что нынешние, процветшие на этой ниве дельцы слюнками подавятся, ногти с пальцами пообгрызут, зубы в завидках сточат, а из Софринского какого-нибудь заводика выйдет к мiру новый и, главное, наш, православный Рокфеллер (по факту доступа к инсайдерской информации успевший прежде других).
Также мне подумалось, что виновником этой-то мысельки стал какой-то особо упорный, до неизгоняемого приставучий и злоехидный, тараканьего вида рыжий, пруссачий по корню бес. Тьфу, конечно, на него, но и всё же..
likushin

НеРУССКая ИСТОРия

Я читал также в газетах о двух коровах,

которые пришли в лавку и спросили себе фунт чаю.

Гоголь. «Записки сумасшедшего»

Прочитываю:

«Екатерина, остро нуждавшаяся в молодых, энергичных и образованных помощниках, направила несколько десятков офицеров в гражданскую администрацию, сохранив за ними их военные чины и оклады. В их числе оказался и Потемкин, направленный обер-секретарем Святейшего Синода [т. е. назначенный на должность обер-секретаря. - Л.]. <...>

Потемкин, часто принимавший решения по настроению, капризу или прихоти, едва не стал монахом. Однажды, пребывая в сугубой меланхолии, не веря в удачу при дворе, он решил постричься. К тому же произошла у него и немалая неприятность заболел левый глаз, а лекарь оказался простым фельдшером и приложил больному такую примочку, что молодой красавец окривел.

Эта беда вконец сокрушила Потемкина, и он ушел в Александро-Невский монастырь, одел рясу [ах ты ж, Господи! - Л.], отпустил бороду и стал готовиться к пострижению в монахи.

Узнав о случившемся, Екатерина приехала в монастырь и сказала: “Тебе, Григорий, не архиереем быть. Их у меня довольно, а ты у меня один таков, и ждет тебя иная стезя”.

Потемкин сбрил бороду, снял рясу, надел офицерский мундир [ну, тут ихъ бинъ по-пруссацки заплакалъ. - Л.] и, забыв о меланхолии, как ни в чем ни бывало появился во дворце». - В.Балязин. Неофициальная история России. Путь к вершинам Империи. М.: ОЛМА Медиа групп, 2008. С. 286-287.


Collapse )