?

Log in

No account? Create an account
ИгРА в СЕбЯ - Олег Ликушин

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> My Website

Links
«День Нищих»
блог «Два Света»
Формула (фантастическая повесть)
Ликушин today
«Тот берег»

May 25th, 2012


Previous Entry Share Next Entry
03:05 pm - ИгРА в СЕбЯ

Все мы до страсти любим вещички,

связанные с трагедией человеческой.

И.С. Шмелёв

Да простится мне, грешному, опыт «метафизической физиологии» в неловкой метафорке, но все мы, существа телесные, неспособные, даже философски, уверенно «отделить» душу от тела, гадим в Небеса: одни испражняются методически, малыми дозами, на церковной исповеди, другие уносят полные штаны накопленного за земную жизнь дерьма целиком, в нетронутом виде. Такое, вот, еже реченно есть, «откровение».

Иллюстрацией к нему могла бы послужить картинка в стиле «соц-арт», с угловато-нелепым человечком, восседающем посреди утлой, клетеобразной, богато разграффиченной разрухи на разбитом унитазе, головою непременно к низу: в мiре, где, как известно, «верх» и «низ» являются сугубыми условностями, явление это обыденное, повседневное, низкожанровое, конечно, зато натуральное и даже, можно сказать, до невесомого «космическое».



***

Есть в русском обиходе такое выражение, из устойчивых, почти формула: «Гадить (кому-то) в душу». Смысл общепонятен, яснить тут нечего, кроме одного, именно: «гадят в душу» непременно другому, действие направлено вовне, на себя оно как бы в принципе необорачиваемо (ну, разве иной вдруг «обгадится» сам, однако своего дерьмеца-то подолгу не чуешь, чистеньким себя мня). Оно и ладно: нарушение в области этического (пускай только этического) требует пары субъектов – преступника и потерпевшего, а двое – уже компания, уже веселей; что до запредельно мазохистствующих злодеев, то их и не было, поди, никогда, а фантомы-образы их навечно законсервированы в эмпиреях романтической литературы (перверсией последних времён – постмодернизма), собственно – небывальщины. Да и то, если подразобрать дело, неминуемо выяснится, что сии байронические герои высокоштильно гадят не столько в себя и себе, но чрез себя, скрозь свою бессмертную душу – Другому, высшему их Существу. Тем же, персонифицированным, Небесам. Мстя.

Душа тут, как ни крути (опустившись на уровень именно что «канализации»), оказывается в виде и образе выставочного унитаза с нафантазированной мною картинки. Низкий (ниже, кажется, некуда), но факт. Без «спасительной» иронии литературного же Раблезианства.

***

Убегая Сорокинской «Нормы» и всех ея ядовитых отростков, невозможно, со всего размаху, не наткнуться на канализационные баррикады, оставленные нам в наследство творцами великой русской литературы. И не только. Известный футуролог, фантаст, публицист (и политик) конца XIX – начала XX вв. Ульянов (Ленин), подыскивая яркую и понятную для плебса (и, уж конечно, для интеллигенции, как говённой «образованщины») метафору «светлого будущего», наткнулся, как известно, на «сортиры из чистого золота». Разумеется, «эврика». Однако, будучи установленными в мозгах простодушных адептов и мучеников древней мечты человечества о «Золотом Веке», эти утилитарные устройства мгновенно пустили ростки по образу мидасовских ушей: сколько бы ни давалось (природой, историей, географией) богатства людям нового общества, добиться в себе утоления физического (молчу о духовном) голода – хлебами из каменной пустыни Трёх искушений – они не смогли. Не то что не сумелине смогли: не было дано им. Не иначе – колдовство и заклятье.

Но: знаменитейший, верно, из профессоров русской литературы XX века  Преображенский (М.Булгаков, «Собачье сердце»), дерзя критикой в адрес «комиссаров в кожаных тужурках», выдал вдруг сентенцию о разрухе в головах и... в тех же сортирах. Вряд ли для персонажа столь материалистично настроенного («чудеса науки») колдовство, заклятья и даже позднейший Воланд со всей его магией могли иметь, в смысле изречонного, хоть какое-то значение (и смысл).

А образ, метафора – из одного, и вовсе не кастальского, замечу, источника.

***

Уверенно можно говорить о мощной «ассенизационной» струе, всегда бытовавшей в русской культуре и вырвавшейся на поверхность при начале величайшей из катастроф современной цивилизации. От «фекальной» лексики пламенного протопопа Аввакума до «окаменелого дерьма» трибуна и главаря одураченных на поисках «справедливости» революсьонных масс Маяковского. (Можно копнуть исторически глубже – в эпистолярное «срамословие» Ивана Грозного1, но ведь и до Их гнойного и гневного Величества было изрядно, поди, понагажено.)

Любопытно, что чудовищнейший, наверное, из еретиков-фантазёров катастрофического русского порубежья «Общеделец» Николай Фёдоров, изобретя теорию «воскрешения отцов», меньше всего, кажется, задумывался о душе, сосредоточившись на телесном, ограничив, кстати говоря, чудо Богочеловека эпизодом воскрешения четверодневного Лазаря; т.е. персть и прах и смрад возведя к цели Богоявления. Да и Небеса, куда Фёдоров намеревался расселять «воскрешонных», рассматривались им утилитарно, в прикладном, проектном (водоснабжение и канализация) смысле: на такой-то площади планет можно разместить столько-то неизбежно пачкающих биологических организмов. (Циолковский именно под эту теорию занялся ракетостроительством, а пренаивнейший поэт-философ Владимир Соловьев «имел повод спросить: не будет ли это “оживлением трупов”?»2)

Некромантия во все времена дерьмово пахла.

***

Церковь есть (часть определения) собрание верующих. Остря и точня выпяченную частность – эклессия кающихся грешников. Покаяние – своего рода испражнение. (Эстет возразит «очищением», я и соглашусь, но предпочту остаться при своём определеньице: грубо, но зримо.)

Католические исповедальни практично утилитарны (я впервые, очию увидал их в Польше, давненько); русская церковь (храм) сплошь и рядом без меры и по кругу вызолочена (пускай только лишь «самоварным» золотом) и благовонна, как образ и подобие: дескать, сколько ты ни гадь в жизни своей, а Небеса остаются девственно чисты, иначе и быть не может. Но: был Библейский потоп, и целью он имел зачистку «авгиевых конюшен»; но: предстоит Событие Откровения, и сойдёт от Бога с Неба святый град Иерусалим, новый, без-сортирный, а всё прежнее, скверное, зловонное будет смыто горящим огнём «озера второй смерти».

Снято с волны ретро-радио: «Снятся людям иногда голубые города...»

Вопрос: куда направятся потоки пылающих «вечно», исторически нагаженных человечьих (и падше-ангельских, бесовских) нечистот, ежли и самый ад (как поля аэрации) прекратит существование? Что есть вторая смерть Откровения, в данном, конкретном, прикладном, если угодно, смысле? Куда оно «утечöт»? Неужто – в великое и загадочное, абсолютно вне-матерьяльное Ничто?

Но: падут города дощатых, очкурных толчков и золотых (со стразиками) сортиров. Кончится век изгаженных и гадящих душ.

Хорошо ты придумал, Господи.

***

Страшно неловко мне подходить к попу-священнику на исповедь, я тяну, приволакиваю ноги в долго ползущей очереди тётечек да деток (а вон дядька – жердяй с плешью, потёрханные брючки на заду мешком, и я таким когда-нибудь стану): испачкать боюсь «батюшку», за что ему, строгому в своей чистоте (для меня почти без-сомнительной), такой срам, да прилюдно, да, как ни шепчи, а – во всеуслышанье?! Я никогда не возвращаюсь к исповедникам, ищу всякий раз новых, предпочитая попа «одноразового» обжитому-обсиженному, «стационарному». (Боюсь привыкнуть, обесчувстветь, автоматизироваться в душевных испражнениях.) При выходе сую заранее приготовленные, туго свёрнутые бумажки желтоватых купюр в щель ящика для пожертвований: мне жуть как надо заплатить за утилизацию моего дерьма. Щедро заплатить, точно чаевыми несправедливо обиженному официанту. «Отдарить». Я бы, верно, мог отдать «сверхнормативными» слезами и стонами, но что-то продавливает – со стороны; я оглядываю пустоты своей памяти и вижу в уголке – тёмном, захламленном, светящийся экран, а на экране давний рекламный (из «социальных») ролик: «Заплати налоги и спи спокойно».

Спи, моя совесть, усни! Душечка...

***

Я и свечек покупаю без счёта – горсть, потолще, но не полуметровые восковые, чуть не чорные палки: эти уж вовсе бесстыдные, с гордыню в размер. И всё же я покупаю, кладу деньги – либо на тарелочку, либо в ящик со щелью (это в храмах, где начальству их стыдно деньги за жертву в руки брать – прилюдно, счётом, ведь деньги – квинтэссенция дерьма); «отоварившись», бреду по кругу, расставляю жертвы: сначала на канун, после – Заступнице, а там – святым, ища прежде других Сергия, который, как мне доподлинно известно, всякий год снашивает по паре крепчайших (едва не сказочно железных) ботиночек, оставаясь при этом в Лаврской раке, массивной, старинной, серебряной – лёжа на спине, недвижными, «мёртвыми», исполненными неведомой жизни мощами.

Чудо!

Я молюсь при этом, шепчу крепко заученные слова, едва не плача: отчего?

Оттого, что «Церковь есть идеал общественного устройства». Отчеркну: «Церковь, как организм», как «тело». (Любопытно, ангелы Божии – часть Церкви? Они так красиво, так трогательно плачут. Ангельские слёзы – единственные, наверное, выделения Небес...)

Верую, Господи!

***

Я застал анекдотически вонючие общественные туалеты эпохи позднего «совка»; при мне появились и процвели (как «бизнес») сортирные кооперативы, с платой при входе, выдёргивающей из памяти элементарного начётчика легендарную формулу: «Деньги не пахнут». Пути мои то и дело упираются в зловонно пахнущие углы и подворотни, в подъезды, оккупированные прячущимися от холодов (и бессердечно гадящими) бомжами. Однажды меня до изумления поразила похожая на телефонную исповедальню будочка над одним из амстердамских каналов, среди серодневного многолюдья (в щели сверху видна была тирольская шляпа, в проёме снизу – жолтые, на толстой подошве ботинки), где бодро била понятная струя и откуда крепко несло мочой, - обычное, как оказалось, место дарового (и публичного) справления нужды. Впрочем, думается мне, что вершина презрения этического (и эстетического) в деле естественных отправлений человечьего тела крепко и надёжно обжита немцами, живущими (легко и непринуждённо) по сформулованному в Руссланде принципу: «Лучше пускай лопнет моя совесть, чем мочевой пузырь».

Итак, совесть. Совесть, как один из трёх поводырей-проводников к Идеалу.  (Вера, Совесть, Любовь, и только; в Евангелии нет слова «надежда».) Что есть тело её? Есть ли – метафизическое – тело у совести?

***

Случайностей, если верить поминавшемуся философу-поэту Вл.Соловьёву, в истории «не бывает». В истории Церкви, как тела Христова, произрастающего во времени, тем более. Во время оно латиняне (кажется, именно они) задались вопрошанием – соблазнительным: имели ли место естественные отправления у Богочеловека? Казалось бы, - логично: хлеб-то Он вкушал. И вино. Каюсь: я запамятовал формулу ответа, за ненадобностью. А может, за аморальностью поставленного вуайерствующими «естествоиспытателями» вопроса: крайняя глупость беспредельничающего умника, она ведь всегда пошлá. «Богословский» вопрос этот, верно, должен был возникнуть, как бы сам собой, он и возник: кого-то соблазнил, кого-то укрепил, но ничего – ни постановкой, ни мнимым разрешением – не дал. Меня, приученного ходить «всеми лошадьми сразу», интересовал и интересует иной вопрос – по совести: Церковь, как «тело», имеет свои «естественные отправления», и если да, то в чём и что они?

В том-то, кажется, и «фокус», что тело совести – зловонное дерьмо души; в до-грешной, благоухающей, перстной Адамовой душе совести не во что воплотиться, не из чего процвесть, неоткуда пустить раздирающие плоть клещеватые, жалящие стрекала. Он девственно без-совестен, начальный Адам!

Как это, у бескомпромисного Фёдора, сына Иванова, Тютчева – резко до нетолерантной грубости, но и много шире здесь поставленного: «свобода совести есть бред»3.

Меня поразил этот, в общем-то, простой, на «Возрожденческого» профана поставленный (живописная картинка с дурачащими простофилю мошенниками), исход рассудочных манипуляций. Я впервые (и всерьёз) поймал себя на том, что я – беспросветный дурак.

***

И я подвёл: есть дураки, идущие от света в своих фонарях, с их огневыми, «пламенными», да гораздо чадящими фитилёчками; эти – дураки, что называется, от Бога (именно «от», не «с», а строжайше отстраняющим образом «от»); но есть другие, как бы всеми-то брошенные и позабытые, бредущие вовсе без света в кромешной тьме, торящие свою дорожку не по обочинным столпам прежде бывших «авторитетов», но наощупь, спотыкаясь и падая, а упав, разбивающиеся в кровь и слизь, своими лбами, своими коленками, своим, невыносимым на люди неблаговонным потрошком; и вот что: у них, у последних-то, нет в руках ни носильной лампы на «вечных» батарейках, ни беспомощной, тщедушной, хиленькой да бедной, десятирублёвой (по нынешним прайсам) свечечки; но в них душа чрез очи светится, одна только их, светлячковая душа, отбрызгивающая брошенные Солнцем фотоны, точно как отбрызгивает их односторонняя, по обращöнности к мiру, спутница Земли Луна.

И увидалась мне, на подводе моём, как бы старинная гравюра, с проникающим семь хрустальных сфер человеко-гигантом, не смотрящим на светильнички всюду вкруг него понатыканных звёзд, не держащим в напряжонно разведённых руках остеклённых фонарей с остекленевшими лампадами, но тянущим выю с огромною, кудловатою башкою ко тьме запредельной, в которой, по его вере, должен быть Свет.

И он радостно трясёт своею башкою, хрипит своё заикливое «Н-не-е-эт!», тянется что есть мóчи, силясь (вот-вот!) разглядеть то, чего для него, может быть, и сотворить не успели, закрутившись в делах-делишках небесной механики, но что точно есть и что было всегда и будет; но вот не поручусь только, что эту самую «небывальщину» кому другому ещё удастся не то что ухватить и поразглядывать, беря на анализ для самоубеждения, а и вовсе, хоть мельком, хоть хвостиком теньки какой, углядеть.

Потому так, что для Света вера нужна. А без веры его, Света-то, как бы начисто нет. Как не было. Все законы физики перелистай, а не отыщешь.

***

Вот, говорят, да и читывалось о том, что будто «на семи праведных» (или вовсе на «трёх») вся Церковь держится; оно, конечно, и благостно, и боязливо и елейненько, до упадания в самую пошлую какую-нибудь «красоту»; нет! я вовсе не к тому, что (как говорилось персонажем с вонючиим имечком Смердяков) эти считанные по пальцам святые-праведные «может, где-нибудь там в пустыне египетской в секрете спасаются, так что их и не найдёшь вовсе» (14; 120)4, то есть их как бы и нет на самом-то деле в числе живых, а есть только как миф да легенда да сказка недорослям на ночь; повторю: нет, я вовсе не к тому...

А к тому я, что не зря Господь-то с мытарями и блудницами дело Своё зачинал – не с законниками да начальниками, не с чистыми да красивыми, а с убогими да вонючими, с смердящими так, что прежние святые сами прочь, как по мановению, вынеслись, - с косноязычными, непросвещонными и даже беспросветными юродами, т. е. уродами, чего уж там каменюку словца пазухою покрывать; с теми, кому есть что испражнять и, главное, чем испражниться, вот что!

О, я известен: на этом деле многие допрежь меня насмерть порасшиблись, ересей понагородив, утопнувши в собственном же дерьмище. А я, хотя дурак дураком, а всё ж как бы умный: я молчком хожу, я тайком плáчу – наедине. С Богом наедине.

Как Гоголь, в предсмертье своём – заплакал. Или это ангел, что в нём, насквозь Гоголя своею слезою прожог – теперь точно никто не скажет. Но факт – догадалось Гоголю, в какую ловлю угодил «отец и наставник» его (царствие небесное!), солнце наше русское, нашевсёлый Пушкин. Горько заплакал Гоголь, зарыдал, до внутригробного переворачиванья.

***

О чём я? Ну, конечно, о «Пророке», о том, как

Духовной жаждою томим,

В пустыне мрачной я влачился...

«Я», именно я! Я именно так это, прихватизаторски, вижу и слышу. И Гоголь, уверен (я «почему-то» уверен), так же увидал и услышал. Но что же, что – в апофеозе пустынного приключения с лирическим героем сталось? Напомню:

… И Бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею Моей,

И обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей!»

И дознал вдруг «Гоголь» (то есть тот  самый, лирический «я» в нём), что это страшная наука: играющему («пророка»), ряженному «пророком» – жечь сердца. Играющему в «глагола звон – металл времён», в образы, в рифмы, в персонажи, в маски, в фабулы, в сюжеты, в коллизии и пертурбации, в завязки и развязки, в трагические оконцовки и счастливые «хэппи энды»... 5

Повторю: страшная наука, одна из страшнейших, данная Человеку Играющему, потому рано или поздно он выжжет эти сердца – глаголом! – дотла, до абсолютного без-сердечия, и в ту же самую минуту, точно чудом каким станет чистым классиком пост-пост-постмодернизма, чистейшего, без опорожнений души и сердца, а только лишь с зловонною имитациею оных, в окончательно опостмодернизованном мiрке намертво очищенных пост- как бы человечков, играющих – равно – в него, как он играет в них.

И Гоголь сотворил единственно для него, на этом прозрении оказавшееся возможным: сжöг себя.

Можно так сказать: он, Гоголь отказал себе в соблазне «доиграть эту роль». Он шагнул в закрайность тварного, усиленно-естественно гадящего мiра, решительно задёрнул занавеску, отринул всякую пищу (а с нею «глагольные испражнения») и дерзнул войти в смерть молчком.

1 См., например: «Чему убо совет твой подобен, паче кала смердяй?». - Первое послание Ивана Грозного Курбскому // Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. Л.: Наука, 1979. С. 17.

2 Прот. Г.Флоровский. Пути русского богословия. Париж. 1937. С. 326.

3 Цит. по: Прот. Г.Флоровский. Пути русского богословия. Париж. 1937. С. 424.

4 ПСС Ф.М. Достоевского в 30-ти томах. Л.: Наука, 1979.

5 Ср., например, как Тимофеев-Ресовский оттягивал Даниила Гранина, в ту как раз пору, когда последний занят был сбором материала на роман о жизни первого: « - Зачем это? <...> Хотите украсить меня? Писателю нужен, конечно, сюжетец? Как же без сюжета! <...> Все ваши сюжеты – вранье. Жизнь бессюжетна...» - Д.Гранин. Зубр. М., 1987. С. 126.




(18 comments | Leave a comment)

Comments:


[User Picture]
From:v_i_n
Date:May 25th, 2012 12:34 pm (UTC)
(Link)
Да, Олег - сурово. Но есть, над чем подумать. Спасибо! :)
[User Picture]
From:likushin
Date:May 25th, 2012 12:42 pm (UTC)
(Link)
Подумать - это хорошо. Это лучше всякого "спасиба". )
[User Picture]
From:v_i_n
Date:May 25th, 2012 12:48 pm (UTC)
(Link)
Соглашусь! :)
[User Picture]
From:znichk_a
Date:May 25th, 2012 01:42 pm (UTC)
(Link)
Почему-то вспомнилось, в воспоминаниях Мандельштама о конце-начале прошлого века штамп был "выгорел"...язык поколения того: горели народовольцы, выгорел Гаршин, учащаяся молодежь и провинциальная Россия тихо "тлели". Надсоновский такой язык.
Так и с Гоголем)
Ведь ничего про это неизвестно. А при его любви к мистификация и розыгрышам, и обманам - вообще на веру ничего не принимается.
А уподобление слова и дерьма - фантазийное, ни к чему не обязывающее, так, легкий пируэт, потому что если продолжать аналогию, то вообще всем нам лучше молчать, а то кто определит - не дерьмо ли наши слова?
[User Picture]
From:likushin
Date:May 26th, 2012 10:54 am (UTC)
(Link)
По большому-то счёту, конечно - никому из "третьих лиц" ничего о нас и в нас происходящем доподлинно не известно. Однако, есть некоторые воспоминания современников (с коими я ознакомился), есть, в конце концов, шикарная литературная легенда. Я просто повернул её (чуток) в ту сторону, какая мне показалась насущной ("постмодернистский отжог").
Что до нужде определения качества словесной субстанции, то как раз об этой штуке-то лицо этого текста и хлопочет. И будет ещё, Бог даст, хлопотать.
Да.
А за "выгорел" огромное Вам спаси-Бог, я покопаюсь, поищу, освежу кое-что, именно по делу со "штампом".
[User Picture]
From:livejournal
Date:May 25th, 2012 03:58 pm (UTC)

Хорошо пишет, гад...

(Link)
Пользователь darlasha сослался на вашу запись в «Хорошо пишет, гад...» в контексте: [...] моя совесть, усни! Душечка..." (с) Полный текст здесь: http://likushin.livejournal.com/94308.html [...]
[User Picture]
From:likushin
Date:May 26th, 2012 10:47 am (UTC)

Re: Хорошо пишет, гад...

(Link)
За "гада" Вам в ножки. Однако, вынужден заметить, что Вы, кажется мне, оказали медвежью услугу тем добрым людям, которые, по Вашей ссылке, выступили в роли "критиков" (мягко говоря). Налицо типический жужжальный случай наскокливого верхоглядства, густо замешанный на известной доле глупости и "православного рвения", оборачивание заведомо имеющего признаки художественности текста на личность автора. Именно, текст этот, данный от первого лица, на самом деле есть отрывок из одной вещицы, которую я теперь работаю и куски из которой решил публиковать (о чём сделано было, чуть ранее, соответствующее уведомление). Со мною лично и с моей "гадской" жизенкою текст имеет лишь одну, по большому счёту, связку, именно: я автор ему.
Впрочем, такого рода "критики" не новость в истории литературы (это я Вам как специалист говорю), и мне оказаться в компании больших талантов, пускай только по данному признаку, конечно, в честь. "Критиков", по наивности своей (вероятно) смешивающих автора и персонаж, спешу поздравить с неурочным днём дурака, а что мне ещё-то остаётся делать, похохатывая да поплёвыясь? Хе.
Но я и рад - честнейшим образом Вам признаюсь: реакция "критиков" развеяла последние мои сомнения и утвердила в понимании, что персонаж, от лица которого ведётся рассказ, вполне удался.
Киитос, как говорят мои друзья финны. )
[User Picture]
From:fierceleaf
Date:May 25th, 2012 04:16 pm (UTC)
(Link)
Это такая форма покаяния. Осознание пропасти падения, как здоровое духовное состояние. Тяжелая жизнь у вас.
[User Picture]
From:likushin
Date:May 26th, 2012 10:47 am (UTC)
(Link)
Тяжела жизнь у нас всех (см. выше).
Ей-Богу, смешно.
[User Picture]
From:fierceleaf
Date:May 26th, 2012 11:54 am (UTC)
(Link)
Как правило, записи в ЖЖ от первого лица - личный опыт, пусть и не так смачно описанный.

Очень правдоподобно вышло.

Edited at 2012-05-26 11:56 am (UTC)
[User Picture]
From:likushin
Date:May 26th, 2012 11:57 am (UTC)
(Link)
Что ж, присвою себе (и пропечатаю в инфе лузера) титул: "моё правдоподобие".
[User Picture]
From:likushin
Date:May 26th, 2012 10:54 am (UTC)
(Link)
Но за попытку сочувствия - в ножки Вам.)
[User Picture]
From:livejournal
Date:May 26th, 2012 09:26 pm (UTC)

Хорошо пишет, гад...

(Link)
Пользователь eredraug сослался на вашу запись в «Хорошо пишет, гад...» в контексте: [...] ть, усни! Душечка..." (с) Полный текст здесь: http://likushin.livejournal.com/94308.html#cutid1 [...]
[User Picture]
From:olga_astrahan
Date:May 27th, 2012 10:53 am (UTC)
(Link)
Вульгарно.

/Церковь, как «тело», имеет свои «естественные отправления», и если да, то в чём и что они?/
Церковь-это не просто «тело», это тело Христово. Во главе - Сам Христос. Она включает в себя(по учению св.отцов) видимую и невидимую части. Невидимая - это и ангелы(у Вас там был вопрос про ангелов), и святые.
Когда человек грешит, он этим самым отделяет себя от Церкви, становясь вне Её. Когда кается, опять становится членом Церкви. Ответ на Ваш богохульный(ex unque leonem) вопрос очевиден.

Вот так и рождаются мысли о подтекстах

P.S. Читатель не может видеть в тексте более того, что вложил автор.
Однако ж, «sermo est imago animi» (речь-образ души). И еще, восприятия разнятся вне связи с менталитетом – здесь, скорее, «зрячесть» у каждого своя.


[User Picture]
From:likushin
Date:June 1st, 2012 07:25 am (UTC)
(Link)
В ножки Вам за просвещенье. Однако, должен заметить, что именно "очевидностями" мостится известная дорожка, и не разом иной разберёт - в ком богохульство-то: в дураке, ставящем дурацкий вопрос, или в умном, пытающемся на этот вопрос отвечать.
Между тем в приведённом тексте заране поставлена стенка на пути "очевиднолюбцев", именно: припоминание истории о попытке иных (средневековых) "богословов" решить вопрос о "выделениях Тела".
Словом, вопрос "зрячести", он гораздо глубже всяких "очевидностей" (по моему, разумеется, скромнейшему из мнений).
Но попробуйте-ка ответить на другое. В тексте имеется пассаж о том, что герой предпочитает ходить на исповедь в разные храмы, к разным "батюшкам"; у него на то, верно, имеются некие свои основания, вполне не раскрытые; так вот, группа "критиков", зайдя в журнал Ликушина по ссылке перепоста, принялась ёрничать и ругать героя (смешав его и с автором, и с дерьмом).
Но: где такое написано (кем написано и как написано), чтобы исповедь считалась действительной только по месту "прописки"; и далее: если исповедь совершена, покаяние принесено, грехи отпущены, то какое "моральное" право имеют эти добрые люди, думающие о себе, что они-то и есть "хорошие" и "правильные" христиане, мешать несчастного, по-своему страдающего героя с названной субстанцией?
Вот, попробуйте ответить на эти "очевидности", а я у Вас поучусь.
[User Picture]
From:olga_astrahan
Date:June 1st, 2012 05:52 pm (UTC)
(Link)
Вот так ответишь на дурацкий вопрос, по наивности своей, полагая, что кому-то это действительно надо, и останешься сама в дураках.
Про «поставленную стенку»- подумалось, что это была демонстрация того, что для Ликушина никаких стенок не существует - таково было мое восприятие(исходя из прочитанного).
Если же отбросить пассаж об «очевидностях», в целом то Вы правы. Это я признаю. Но всё равно, правота эта Ваша, она звучит вульгарно - здесь остаюсь, опять же, при своем восприятии.
По ссылке той(с критиками то) зашла. Оййй, мама дорогая, давно так не смеялась.
На счет «попробуйте-ка ответить»,нет уж, теперь и боюсь пробовать(как говорится,каждое слово будет использовано против меня же; хорошо,если богохульство не припишете). Так что, Вы лучше умного кого спросите, у Вас в друзьях вон какие умы светлые есть. Пущай они Вам «свои» очевидности расскажутъ. У них и учитесь. Им и в ножки кланяйтесь.
Только Вы "сам себе режиссер", и учиться вряд ли у кого-то чему-то будете- это опять же мое, субъективное восприятие. Возможно, ошибочное.
[User Picture]
From:likushin
Date:June 3rd, 2012 08:18 am (UTC)
(Link)
"Век живи - век учись", это правило универсальное, без исключений работающее, а я прилежный ученик жизни. Так что, в этом, особенно, случае, ответы мне ой как интересны, а значит, нужны. Нужны как и стенки, потому - через что человеку пройти, если стенки рядом нет? А человеку всегда надо через что проходить, иначе он и не человек, а приспособляющаяся к внешним условиям биомасса.
Что до выбора меж "дураками" и "умными", то первые в этом месте, если и появляются, то надолго не задерживаясь.
Такая, вот, "демонстрация".)
[User Picture]
From:olga_astrahan
Date:June 3rd, 2012 10:45 am (UTC)
(Link)
С Праздником!
Рискну, так уж и быть в очередной раз остаться в дураках :)
Предупреждаю,ничего нового Вы не услышите, это будет очередная "очевидность" :)
По поводу вопроса то..
Каждый раз намеренно разным батькам исповедоваться можно по нескольким причинам. Например, в поисках духовного наставника. Это нормально.
Или из чувства ложного стыда. Здесь, наверное, корни в гордыне.
Не зря перед исповедью священником читаются молитвы, в которых есть такие слова: «ежели что скроете от меня, сугуб грех имати».
Как бы во втором варианте не получилось усугубление греха. Т.е. человек вместо того, чтобы бороться с чувством стыда(читай, гордыней), потакая греху, (не борясь с ним)- топает к другому батьке. И так каждый раз.
А вот еще, если человек совсем не борется со грехом и при этом каждый раз исповедуется в нём, то это уже хула на Святого Духа.
Вообщем, всё, как всегда, определяют мотивы. От них и плясать.
У Вашего героя каковы мотивы "шаталовой пустыни"? Или интрига дороже истины? :)

> Go to Top
LiveJournal.com