likushin (likushin) wrote,
likushin
likushin

Category:

веЛИКаЯ ТАРтюфИЯ (а)

Пушкин, в «Заметках по русской истории XVIII века»: «Простительно было фарнейскому философу* превозносить добродетели Тартюфа в юбке и в короне, он не знал, он не мог знать истины».
Преизвестнейше, что Тартюф – ханжа и лицемер, любодей-соблазнитель, мошенник, доносчик и вор, персонаж-протагонист комедии Мольера «Тартюф, или Лицемер» (1664 год). В этой полноте характеристики можно понять, что для современника и фрондёра князя М.Щербатова (деда П.Чаадаева) «порочным» в Императрице признаётся лишь часть – ничтожная часть! – из схваченного позднее Пушкиным – из «истины», именно: «Ее пороки суть: любострастна, и совсем вверяющаяся своим любимцам».
Вернусь к Тартюфу мсье Мольера. Как и должно быть в комедии (см.: «Поэтика» Аристотеля), всё в тексте идёт от пряток гадкого к открывашке замечательного, из беды в счастьефикацию; именно: будучи выставленным в свет рампы учёным, скромным, набожным, благородным, бескорыстным и, следовательно, едва не святым подвижником в грешном миру, Тартюф выясняется Тартюфом, то есть тем, что он есть на самом деле. Сколько могу понять, движком этого персонажа являются: а) деньги (попытка завладеть имуществом наивного нанимателя); б) власть (донос на имя короля о заговорщиках, с надеждой на место у трона, во властной вертикали); в) любострастие (попытка соблазнить жену наивного нанимателя). Интрига рушится не усилиями прозревающих по мере развития действия персонажей, но «точно как в арабских сказках»: первое лицо, человек чести и образец справедливого отношения к подданным – король Мольеровой пиесы разгадывает лицемера и, верша досудебную справедливость, велит арестовать негодника.
(Как восклицают при подобно сказошных историях наличные дети, - «Всё, конець!» И непременно с мягким знаком любви после «ц», непременнейше!)
***
Понятно (мне – понятно!), что современник и критик Екатерины Второй, историк-самоучка и сочинитель-утопист князь М.Щербатов из «пороков» «Тартюфа в юбке и короне» сумел различить сущую мелочь – «любострастие», а следовательно, вообще, даже лично её зная, не понял Императрицы. И, что куда как, по мне, важнее, не понял ни Лицемерия как такового, ни Власти. Пушкин – понял, и, скорее в положительную сторону чем иначе, хотя хрестоматийно его характеристика прочитывается именно что «иначе», уничижительно для Дамы Секунды. Действительно, человеческие «добродетели Тартюфа в юбке и в короне» весьма и весьма спорны, сомнительны, но одно то, что этот человек – женщина, слабая женщина, совершенным ещё ребёнком очутившаяся в чуждой ей, враждебной, агрессивной среде и, прямо говоря, сумевшая выжить в ней, уже – человеческий подвиг; и вот эта женщина сумела, пойдя на прямой мятеж и в первых его рядах, овладеть великой короной Великой Империи, а овладев, несмотря на более чем сомнительную легитимность владения, удержаться на троне и удержать страну и народ – удержать, подняв Империю буквально с колен, одолев и мощнейшее возмущение бунта, и чуть не тотально-сословную фронду вчерашних низкопоклонников, коренных аристократов, «право имеющих», и враждебную затаённость полухимерического-полуфантазийного Наследника, сына.
(На полях: знатоки дела твердят, что летом 1744 года между пятнадцатилетней девицей Софией Августой Фредерикой и её дальней родственницею, некой Анной Людвигой, по невесть какому поводу должна была состояться дуэль, на шпагах ли, на пистолетах ль – не уточняется; дуэль не состоялась, но сам факт весьма, как думаю, показателен для всякого, кто силится прочесть верно историческую – Пушкинскую – характеристику исторического персонажа. Что до классического Тартюфа, то хоть убей, что называется, а представить его с дуэльной пистолью или шпагой, тем более – в мундире гвардейца во главе мятежа, я не в силах. Коренное отличие: Тартюф – это казаться, а не быть; «Тартюф в юбке и короне» – быть через казаться. Лицемерие лицемерию рознь.)
***
- Дождёмся ночи здесь. Ах, наконец Достигли мы ворот Мадрита! скоро Я полечу по улицам знакомым, Усы плащом закрыв, а брови шляпой. Как думаешь? узнать меня нельзя?
- Клифф-Хэнгера немудрено признать!..
- Что за беда, хоть и узнают. Только б Не встретился мне сам король…

*Фарнейский философ – Вольтер.
Tags: постзапятая
Subscribe

  • выГоДцЫ

    Н.Чернышевский , «Что делать?»: « Человеком управляет только расчёт выгоды». На 1862 – 1863 годы, когда писался…

  • абСУРДоПеРеВОД

    Русские немцы о немцах немецких, о нравах, о… Из сети, случайное: «… ещё со школьной скамьи граждан учат строго соблюдать…

  • СиСТЕМа ХА

    Прочлось: «В рамках довольно интересного исследования делается предположение, что, как и Вселенная, наш мозг может быть запрограммирован…

Comments for this post were disabled by the author