?

Log in

No account? Create an account
БуНТ в ПЕтЛИЦЕ - Олег Ликушин

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> My Website

Links
«День Нищих»
блог «Два Света»
Формула (фантастическая повесть)
Ликушин today
«Тот берег»

June 30th, 2017


Previous Entry Share Next Entry
02:27 pm - БуНТ в ПЕтЛИЦЕ
(Бонбоньеровы подонки №1)

О мнениях. Всем высказавшимся чистосердечно признателен, разбирать «персональные дела» не стану.
О важном. Классическая литература не потому «классическая», что кому-то шибко умному взбрело такой шильдик навесить, а потому, наверное, что в ней выражено нечто не столько, может быть, непреходящее («всё проходит, и это пройдёт»), но связывающее воедино ушедшие, живущие и будущие поколения, народ, культуру. Созидающее внешнюю канву целостного восприятия жизни. (Или наоборот – исполняющее функцию протянутых скрозь толщу и нутро времени стальных канатов, для сохранности покрытых пушечным салом, как в Останкинской башне.) В ней, в классической литературе часто случается «непонятное», и линейный подход не всегда в этом деле непреложен: какие-то смыслы «утрачиваются» со временем (потомки, опрофаневшие в силу множества причин, оказываются не способными их не то что прочесть, а и различить сам факт присутствия в тексте); другие, напротив – всплывают, проявляются, как исполненные «пророчества» («лицом к лицу Лица не увидать, большое видится на расстоянье»).
Далее: о новизне и гениальности «Повестей Белкина» (или неновизне и негениальности) разговор будет продолжен, и ответ – удовлетворительный, надеюсь, получится.
Предуведомление: Ликушинского в тексте «Чорта из бонбоньерки» (и нотабенях) мизер, только касание, т.е. факт постановки вопроса, или выволочка дела на свет. Всё прочее – та самая Литература, классическая, представленная «хрестоматийными» текстами общепризнанно гениальных авторов. Здесь можно, конечно, наговорить расхожего об авторе-пифии и исследователе как жреце-толкователе «неизречонного», но с поправкой: «пифия» не только опьянена парами свободы (творчества), она ещё и стеснена, зажата рамками этой свободы; чего больше – не суть, это всегда индивидуально, но вот добиться «истины» от этакой-то «чорной дыры», масса которой огромна, а видимый размер ничтожен, возможно только допросом – строгим до жестокости, формальным («опись, протокол»), но и коварным («игра – коварство, игроки – злодеи»).
Ещё: по моему скромнейшему мнению, авторов не стоит держать в одиночных камерах восприятия – это негуманно по отношению к самому себе. Авторы не только «следуют» один за другим на временной линии, они выходят один из другого, прорастают один через другого. То есть, хочу я сказать, что в некоторой степени Пушкин стал «причиной» для Гоголя, оба в свою очередь – Пушкин и Гоголь – «причинили» Достоевского как своё следствие.
О «бунте». Теперь – о «бунте». Чтобы Ликушинская «криптографика» хотя отчасти, на данном этапе разбора, прояснилась.
Напомню о кульминационной части происходящего в «Шинели» Гоголя. Некие «люди с усами», один «с громовым голосом», другой «с кулаком величиною с чиновничью голову» вытряхивают Акакия Акакиевича из его новёшенькой титулярной шинелки, лишая бедолагу разом и достояния и достоинства. Представители власти «на земле» – будочник, квартальный и (в потенции) частный пристав на метания несчастного «терпилы» должным для них образом не реагируют, дело замыливают и проч. (Разве не современно-злободневно, хе.) Один из сослуживцев Башмачкина, «движимый состраданием», советует обратиться «к значительному лицу»: дескать то, «спишась и снесясь с кем следует, может заставить успешнее идти дело».
И тут-то самое, пожалуй, любопытное и преважнецкое раскрывается! Тут, именно тут, дамоспода. Смотрите …
«Нужно знать, что одно значительное лицо недавно сделался значительным лицом, а до того времени он был незначительным лицом. Впрочем, место его и теперь не почиталось значительным в сравнении с другими, еще значительнейшими. Но всегда найдется такой круг людей, для которых незначительное в глазах прочих есть уже значительное. Впрочем, он старался усилить значительность многими другими средствами, именно: завел, чтобы низшие чиновники встречали его еще на лестнице, когда он приходил в должность; чтобы к нему являться прямо никто не смел, а чтоб шло все порядком строжайшим».
Полюбуйтесь же: Гоголь – непревзойдённый мастер слововерчения, это факт. Но это «эмоции». В сухом остатке имеем следующее: «значительное лицо» само недавно было тем же титулярным ничтожеством, ровней Акакию Акакиевичу (хотя иного склада, отчего и возросло в статские генералы); да и теперешний генеральский чин его на иерархической лествице (в вертикали власти) далеко не высший, но! – язвит Гоголь: «Так уж на святой Руси все заражено подражанием, всякий дразнит и корчит своего начальника».
Транскрибирую: «святая Русь» – царство, Империя; Император есть наивысший начальник («хозяин земли Русской», как один наш Император презентовался); но и всякий начальствующий субъект под ним суть «Царь и Бог» для своих подчинённых. Для «маленького человека» Башмачкина «значительное лицо» тожественно «римскому кесарю», прижизненно обожествлённому, в меру занимаемой должности. Нет никого для Башмачкина выше этого «лица», прочие – вовсе «небожители», «миф», он о них и помыслить-то никогда бы не решился, не то что глаза к ним поднять.
Если перейти на язык Достоевского, то гоголевское «значительное лицо» в представлении маленького человека есть не что иное как «человекобог».
А Гоголь дальше язвит: «Впрочем, он был в душе добрый человек, хорош с товарищами, услужлив, но генеральский чин совершенно сбил его с толку».
Я – верю: такого добра и сегодня «на каждом углу» чиновных коридоров. Люди-то у нас хорошие, только «квартирный вопрос» их малость портит, с толку сбивает. И с пути истинного.
Словом, как и следовало ожидать (от Гоголя), Башмачкин вместо содействия и покровительства получает в генеральском кабинете «полную распеканцию»; далее – горячка и скорая смерть слабосильного бунтовщика.
***
Развязка.
Ясно же – Башмачкина ограбили, похоже, люмпены, усатые-мордатые гопники своего времени. Но кому мстит Башмачкин?
«По Петербургу пронеслись вдруг слухи, что у Калинкина моста и далеко подальше стал показываться по ночам мертвец в виде чиновника, ищущего какой-то утащенной шинели и под видом стащенной шинели сдирающий со всех плеч, не разбирая чина и звания, всякие шинели: на кошках, на бобрах, на вате, енотовые, лисьи, медвежьи шубы».
Всем. Всем попавшим под руку мстит: лес рубят – щепки летят, или формула Достоевского «виноваты все» в действии. Попался среди прочих сердобольный сослуживец (мелькнул ведь такой) – без разницы с прочими: грабь награбленное. Да что – вся властная вертикаль уравняна в правах бесправия пред потусветным (слепорождённым) мстителем. Если бы в сознании Башмачкина присутствовал кто выше чином и должностью и положением, нежели единственное известное «маленькому человеку» «значительное лицо», легко представить, что главным объектом покушения могли стать императорские сани, а добычей – шинель самого Николая Павловича. Шинель шефа и полковника гвардейского Измайловского полка (или инженер-полковничья, на худой конец).
При этом, прошу заметить – непосредственные-то виновники происшествия остались вовсе безо всякого мщения-наказания. Чашу справдливого возмездия мимо пронесли и на других вылили? Бандиты-грабители невиновны, выходит? (Не отсюда ли корень позднейшей большевицко-милицейской установки о том, что уголовный элемент классово не вполне, так сказать, чужд, и даже близок новым хозяевам полумiра?)
Тогда следующий вопрос встаёт – сам как бы собою: в чём, собственно, заключается вина власти и общества перед маленьким человеком Башмачкиным? А с ним воскресли и восстали закоренелые русские проклятые вопросы: кто виноват и что делать? Революционерские вопросы, исторически бунтовщицкие.
И сквозь все эти вопрошания, словно чудом каким злым, пробивается мурло главнейшего и, как на грех, злободневного (sic!) вопроса: а сам-то виновник торжества, сам Башмачкин, то есть оба Башмачкины – посюсветный и потусторонний – они-то во всём случившемся отчего ж никем не винятся, неужто только оттого, что ничьей власти на призрака-грабителя, ночами шастающего по «окну в Европу», не сыскать? Отчего все, сколько ни есть, читающие осмыслянты прошлого и нашего времени бедному Акакию на все лады сочувствуют, а не бегут лить серебряные пули и заряжать лепажевские пистоли?
Или хотя бы (в «правовом поле» живём) – к литературным будочнику, квартальному и (в потенции) частному приставу отчего не бегут?..
Неужели и здесь титулярный советник Пушкин прав: «Мы сочувствуем несчастным из своего рода эгоизма: мы видим, что, в сущности, не мы одни несчастны». То есть – и «мы» пошли бы грабить без разбору, из эгоистического со-чувствия?
Я так это всегда и трактовал, когда при мне кто-нибудь с известным выражением на неглупом как правило лице пробрасывался расхожестью: «Все мы вышли из “Шинели” Гоголя…»
Ну же – «Грабь награбленное» из 1917 года и «Обогащайтесь!» из 1991-го: велико ли различие? Всё из одной и той же бочки с заквашенной в Бог весть каком рассоле «Шинелью».
Или вот вопрос: что общего, кроме «малочеловечества», у Самсона Вырина и Акакия Башмачкина?
Очевидно же, дамоспода: у первого дочь украли, он попробовал восстать, а его выставили на порог и денег сколько-то (отступных) сунули; дочь счастлива, он – нет; дочь – барыня с кучей детишков, внуков Самсону нарожала, а он, спившийся с тоски, в могиле сокрыт: видеть никого, дескать, не могу и не хочу…
Разве не комично? Разве «нормальный» человек не расхохочется в глаза этакому тюхе:
- Дурак ты, братец, ой дурак! Не о себе – о дочери бы подумал!..
А сверху подзатыльника – для пущего вразумления – припечатает.
У второго, по бездетности его, одни шинель забрали (шинель, известно, больше дочери), другие уголовному делу хода не дали, третьи и начали было деньги во вспоможение собирать, а мало наскребли, на целую шинель не хватило, так герой-то наш и попытался «восстать» (ведь это для Башмачкина целый подвиг – к генералу лично обратиться!), да не сдюжил такого напряга и в спешной горячке помре…
И этому в самую пору – шлепка, пока ювенал-юстиционеры отвернулись! А чего ж, скажите на милость, не шлёпнуть недотёпу, ведь он что дитя малое, он ведь делом-то «своим» занят был чисто по-детски, выводя каллиграфические каракули столь увлечонно, что ничего вокруг и над собою и не видел и видеть, главное, не мог и не хотел. И месть его – детская. Видели ж, наверное, дамоспода, как ребёнок, если что не по его глупенькой воле выходит, начинает ломать и крушить всё под руку попавшее?
Работает ли здесь, при дите-Башмачкине, Христово: А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили в глубине морской (Мф.18:6.)? Работает ли, спрашиваю! Отвечать, в глаза Инквизитору глядеть!.. Хе. Дети малые, неразумные…
Нет, всё же странная душа русского человека, в ней, как ни глянь – потёмки, а сквозь эту-то пелену, вдали, градом на холме, чуть просвечиваясь – потёмкинская деревня…
***
И ещё – о бунте. О русском бунте, известно из Пушкина – бессмысленном и беспощадном.
Сам пока помолчу, на потом оставлю, а вброшу к размышлению из самой что ни на есть злободневщины.
Давеча в ленте прочлось (у Kirovtanin) – выдержка из общения всегда вдохновенных философа Дугина и писателя Проханова; Дугин: «Я думаю, что Путин — это народ. Его плюсы и минусы — наши плюсы и минусы. И мне кажется, что народ с Путиным общается теневым образом, на уровне бессознательном, на уровне сновидений»; «И сейчас мне кажется, что элита, которая отделяет Путина от народа, — рациональная сторона, которая не нам принадлежит. То есть дискурс, уровень беседы, уровень осмысления — всё это фундаментально заминировано. Либо одним, либо другим, либо третьим. И разомкнуть систему, которая отделяет Путина от народа, на мой взгляд, — задача и его самого тоже. И он должен бурить, и мы должны бурить тоннель сквозь массу этого кошмара»; «налицо очень твёрдая гранитная порода — коррупционеров, шпионов и дебилов. Каждый имеет свою собственную конфигурацию, свои собственные кланы. И уже существуют десятки тысяч кандидатов. Уже подрастают юные коррупционеры. На подходе юные дебилы. И, конечно, формируются либеральные поколения. Это такая гранитная плита политических элит России. Они обладают определённой жизненной, своего рода вампирической силой. Они втягивают новых людей…»
Иван Солоневич, в книге «Народная монархия» (дело давнее, но и непреходящее): «Мне, тяглому мужику, никакой контроль над царём не нужен. И не контролем над царской волею строилась Россия. И того у нас искони не важивалось. А если какие-то дяди попытаются втиснуться новым клином между царём и народом, то надлежит оных дядей вешать, ибо если они и будут контролировать, то в свой карман: партийный, банковский, боярский или бюрократический. И за мой и за царский счёт, то есть за счёт России. Я считаю, что вот эта психология и есть обычная нормальная средняя русская психология».

Адье всем, пока – адье…

(19 comments | Leave a comment)

Comments:


[User Picture]
From:maj_ska_ja
Date:June 30th, 2017 02:49 pm (UTC)
(Link)
Стоп!
Люблю вязь Вашей мысли, но это слишком:
«а сам-то виновник торжества, сам Башмачкин, то есть оба Башмачкины – посюсветный и потусторонний – они-то во всём случившемся отчего ж никем не винятся..» Бунт маленького человека страшен. Страшен своей беспомощностью, и, как следствие – жестокостью, виновен ли он в том, ли нет – сложно сказать, здесь все зависит от того маленький ли Человек, альбо человек Маленький – это, кстати, относится и к цитате о дите-Башмачнике «,А кто соблазнит..»
но
«Неужели и здесь титулярный советник Пушкин прав: «Мы сочувствуем несчастным из своего рода эгоизма: мы видим, что, в сущности, не мы одни несчастны». То есть – и «мы» пошли бы грабить без разбору, из эгоистического со-чувствия?» - с какого ляду это « то есть»?? « Не мы одни несчастны», «со-чувствие», как готовность грабить без разбору? Помилуйте, даже самому махровому счастьефикатору подобное бы в голову не пришло. Кобыле хвост пришей, ну, как-то так.
На крайний вброс промолчу, одно скажу лишь – «страшно далеки они от народа» . Помнится, люди голубых кровей, чтобы добиться своей цели, не брезговали цилиндр сменить на пролетарскую кепочку. Нынче об этом забыли.
Хвала, наверно, всем и вся, что об этом не помнят. А посему не будет пока бессмысленного и беспощадного. Дай-то
[User Picture]
From:likushin
Date:June 30th, 2017 04:46 pm (UTC)
(Link)
Начну с п.1. Страшен, говорите? Хе. А "русской критике" - нет. Я здесь с первой полки накидаю, а там и судите - "слишком" Ликушин завирается, или таки нет. )
Д. Н. Овсянико-Куликовский:
«...никто не пожалел бедняка «по человечеству». Пожалел его только великий художник, показавший, что имя таким беднякам — легион, и обобщивший этот легион в типе Акакия Акакиевича, изображению души, печальной жизни и участи которого он и посвятил великолепную повесть «Шинель», и это был благородный, великодушный почин той гуманной проповеди в защиту «униженных и оскорбленных», которая потом составила одну из славных страниц истории русской литературы. Прямым продолжателем Гоголя в этом добром деле явился Достоевский, в ранний период его «жестокого» творчества, которое тогда еще было не столько жестоким, сколько сентиментальным. У Гоголя нет и тени ни жестокости, ни сентиментальности, а есть глубокое гуманное чувство жалости и сострадания…»
Герцен назвал «Шинель» «колоссальным произведением». Ап. Григорьев: «В образе Акакия Акакиевича поэт начертал грань обмеления Божьего создания до той степени, что вещь, и вещь самая ничтожная, становится для человека источником беспредельной радости и уничтожающего горя».
Чернышевский, с резко критическим отношением: «Ни одного слова жестокого или порицающего. Все недостатки прячутся, затушевываются, замазываются. Налегается только на то, что он несчастен, несчастен, несчастен». «...Акакий Акакиевич имел множество недостатков, при которых так и следовало ему жить и умереть, как он жил и умер. Он был круглый невежда и совершенный идиот, ни к чему не способный».
Но ведь – «идиот», а не «преступник».
В.Гиппиус: «Элементы протеста в «Шинели» низведены на уровень заглушенных или зачаточных, прежде всего, потому, что этого требует психологический облик героя, но и независимо от этого проблема изменения действительности теперь, с дальнейшей эволюцией Гоголя, не могла бы быть и поставлена. Социальная судьба героя изображается именно как судьба - как нечто предопределенное и неотвратимое: изменить ее нельзя, но можно смягчить - усилиями других людей. Фатализм, не чуждый и первым петербургским повестям Гоголя, таким образом, приводит к морализму».
Известнейший тов. И.Виноградов, начиная с капитана Копейкина: «Нетрудно заметить, что судьба этого бравого «капитана» (а чин капитана в русской армии прямо соответствовал гражданскому чину титулярного советника) во многом напоминает судьбу «незлобивого» чиновника Акакия Акакиевича - героя, который в конце концов сходит с мирного гражданского поприща и, подобно Копейкину, вступает на путь «воина»-«разбойника» -загробного демонического мстителя.
Все сказанное дает возможность по-новому осмыслить агиографический подтекст гоголевской «Шинели» (Акакий Акакиевич Башмачкин - св. Акакий) - тему, ставшую уже общепризнанной в работах о Гоголе (внимание исследователей в этой связи обычно привлекают необыкновенные «самоограничение» и «подвижничество» героя на его незавидном поприще). Очевидно, однако, что герой, вложивший всю без остатка душу в «шинель» - в свою самозащиту и самоукрашение, вряд ли может быть назван подлинным христианским подвижником… На эту неприглядную сторону героя «Шинели» (заслуживающего не только сострадания, но и порицания) в свое время уже было обращено внимание. Критик Ап. Григорьев писал в 1847 году в статье «Гоголь и его последняя книга»: «…в образе Акакия Акакиевича поэт начертал последнюю грань обмеленья Божьего создания до той степени, что вещь, и вещь самая ничтожная, становится для человека источником беспредельной радости и уничтожающего горя…»
Это уже по кругу пошли. Но заметьте – грабителя только журят, «порицают» на товарищеском суде, не более. Прокурор Вышинский нервно курит в сторонке.
А вот типическое, из курсовой работы на слизывание: «Маленькому человеку» не суждено быть счастливым в этом несправедливом мире. И лишь после смерти свершается справедливость. «Душа» Башмачкина обретает покой, когда возвращает себе потерянную вещь. Гоголь в своей «Шинели» показал не только жизнь «маленького человека», но и его протест против несправедливости жизни. Пусть этот «бунт» робкий, почти фантастический, но герой выступает все же за свои права, против основ существующего порядка».
И тэдэ и тэпэ... :)
[User Picture]
From:likushin
Date:June 30th, 2017 06:10 pm (UTC)
(Link)
Итак - "... с какого ляду это «то есть»?? «Не мы одни несчастны», «со-чувствие», как готовность грабить без разбору? Помилуйте, даже самому махровому счастьефикатору подобное бы в голову не пришло..."
Что ж, примемся пришивать отвалившиеся хвосты.
Вот я в первой части ответа привёл типическую выдержку из типической курсовой; за подобные "мысли", как-нибудь "по-своему" переписанные, ставят положительную оценку. Одна из этих мыслей такова: "протест против несправедливости жизни". Это цитата.
Теперь - воображаемый диалог в допросной камере.
- Вы сочувствуете эм-человеку Бэ в постигшей его утрате? - Конечно! - Вы поддерживаете его протест против несправедливости жизни? - Обеими руками, сеньор кардинал! - Вы согласны с тем, что бунт эм-человека Бэ робкий и почти фантастический? - А как же, это же очевидно! - Вы готовы усилить и материализовать протестное движение эм-человека Бэ своею собственной рукой? - Весь мiр насилья мы разрушим, кто был ничем, тот станет всем!..
Логика суждения и, главное, логика жизни в той части её Целого, которая имела несчастье быть в известный период, именно такова. Это правда.
А значит, хвост у кобылы на месте, это только померещилось - что он в нетях.
:)
[User Picture]
From:maj_ska_ja
Date:July 1st, 2017 06:08 am (UTC)
(Link)
к хвосту кобылы -страх, что с тобой случится подобное, не есть со-чувствие – есть только страх за свою собственную шкурку.
тчк.
На второе - спс за многия мнения, отвечу чуть позже.
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:June 30th, 2017 06:21 pm (UTC)
(Link)
Ликушин, вот ей Богу, про царёву тему только сейчас прочла, откудова это вот понеслось вдруг одномоментно почти.
[User Picture]
From:likushin
Date:June 30th, 2017 06:50 pm (UTC)
(Link)
Ну и...
:)
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 1st, 2017 02:04 pm (UTC)
(Link)
Да вот о последнем абзаце у тебя, где речи о царе. Что-то Дугин зам завертел несусветное, и в образно-семантическом смысле, и в конструкции ментальной, совершенно неадекватно по образам - если он думает, что т.о. переходи на понятный рабочему люду язык, то он заблуждается, если рядится перед своими - то уж не знаю, что и сказать, балаган какой-то в тексте. Да, ещё видно заимствование работы и идей Юнга из его интервью "Анализируя диктаторов", что уж совсем плагиат. И вовсе не так народ мыслит президента.
А вот Солоневич, на мой малопросвещённый взгляд, вполне точно описывает связь.
А про синхронность-то я писала, что тема эта, как бы с Солоневичем созвучная, этим же днём мне на рефлексию и упала, до чтения твоего поста.

Что касается Башмачкина, пришли аналогии с реальными персонажами, в части мести где, чуть позже обскажу.
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 02:16 pm (UTC)
(Link)
Г-н Дугин завиральный фантаст. Он сам "на уровне сновидений". Снится он нам. И во сне заборматывается. Пифия вдохновенная.
Солоневичевы идеи о царе на шестке среди ровно окученного картошечного поля имеют с реальностью столько же общего, сколько княжество Монако занимает места на географической карте. В карликовом царстве-государстве, вроде, например, курфюршества имени Бранденбургских ворот, можно королю разгуливать с палкой по улочкам "страны" и гонять бюргеров на работу, а бюргерш по кухням с курятниками. На 1/7 суши (ли сколько там Россия занимает) Солоневич такой же полудурок, как Дугин-б(д)урилка.
Вот такая тут "связь" и такие "связники" со "связистами".
:)
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 02:17 pm (UTC)
(Link)
А про Башмачкина непременно обскажи. Ждать уже начал. :)
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 1st, 2017 05:42 pm (UTC)
(Link)
Да про это и ничего особо нового - просто на фоне феерии о Башмачкине(хотя танцевали от другой печки, помнится) приложила его образ, прежде всего вот этот метафизически невыкорчёвываемый образ мстителя - к одному реальному персонажу из оппозиции, бывшему когда-то в 90-е на волне всеобщей демократии первым мэром. И вот вся его деятельность, сколь бы обоснованной в своём правдометании она ни была - это вот метафорическое срывание шинелей, особливо он любит это делать в отношении губернаторской персоны - тут он пошёл значительно далее Башмачкина-мстителя.
Здесь новизна была именно в связи с этим сакральным почти действом. Так-то - ничего личного, и вещает, вроде, убедительно, но биографию не перепишешь.
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 05:50 pm (UTC)
(Link)
Н-да, биография - наше всё. )
[User Picture]
From:livejournal
Date:July 1st, 2017 12:04 am (UTC)

БуНТ в ПЕтЛИЦЕ

(Link)
Пользователь rita_vasilieva сослался на вашу запись в своей записи «БуНТ в ПЕтЛИЦЕ» в контексте: [...] Оригинал взят у в БуНТ в ПЕтЛИЦЕ [...]
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 1st, 2017 02:20 pm (UTC)
(Link)
Ну ещё, фрагментарно, по текстам обсуждения уже: сочувствие Башмачкину есть со-узнавание, воспоминание об униженности и беззащитности, которых в своей жизни мало, кто не переживал - впрочем, они и не бунтари по-настоящему. Бунт Башмачкина минутный, да и не бунт вовсе, а вплеск веры, как всплеск перед отчаянным и безнадёжным утоплением, в чаянии без особой надежды, что - а вдруг кто подаст руку? И сам бы не пошёл, потому что веры мало, да добавив ему веры, сочувствующие не добавили надежды, потому сие предприятие было обречено.

Про месть, о которой и хотела сказать: в истории она, скорее, на уровне слухов, т.е. страхов, бессознательного чувства. Пожалуй, это метафора того, как уязвимый, слабый человек обычно поступает с опытом своего унижения: он отыгрывает сцены мщения внутренне, и долго, долго, несмотря на желание забыть, не угасают следы унижения в памяти. Почему всем как бы мстит? Да нет же - это метафора- не реальная месть, а страхи самих людей, напоминание для равнодушного общества - смотри, ты можешь оказаться так же одинок и беззащитен.

Ну, это я без изысков, по школьному.

Edited at 2017-07-01 02:27 pm (UTC)
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 02:48 pm (UTC)
(Link)
Перечитай досугами "Записки из подполья".
А вот здесь ты врёшь: месть - "не реальная месть, а страхи самих людей, напоминание для равнодушного общества - смотри, ты можешь оказаться так же одинок и беззащитен".
Есть субъект, "он отыгрывает сцены мщения внутренне". Есть "общество", которое знать не знает о том, что у кого-то где-то как-то и порой внутри происходит. Откуда "страхи самих людей"?
Хе.
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 1st, 2017 05:29 pm (UTC)
(Link)
Дак сами служащие и разнесли - таким же маленьким людям рассказ о печальном итоге и причинах кончины г-на Башмачкина. Страх ведь думать, что и тебя вот так "обуют" на самом сокровенном, но благоговение перед высшим, властью, призванной, так сказать, бдить и защищать, не позволяет обывателю и подумать, что он, обыватель, столь беззащитен в реальности - это механизм вытеснения не срабатывает, и подключается механизм психологической защиты, наверное, в бытность Фрейда и в работах его именуемый "смещением". Т.е. не придётся ещё озираться по-башмачниковски, что ты власть подозреваешь и в попустительстве злодеям, и халатности, да и - чего греха таить - в обдираловке почём зря, а вместо этого совершенно без последствий реальных (Башмачкин-то за клевету не взыщет) испытывать страх, вполне адекватный беззаконным способам отъёма честно заработанного.

Edited at 2017-07-01 05:30 pm (UTC)
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 05:47 pm (UTC)
(Link)
Принято. Подумаю досугами.
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 1st, 2017 06:58 pm (UTC)
(Link)
Добавила бы к смещению ещё такой механизм, как инверсия "это не я боюсь, это он пугает"
[User Picture]
From:likushin
Date:July 1st, 2017 07:52 pm (UTC)
(Link)
НЕ боисся?! Да с тебя видать шинелки не сдирали в подворотне. )
[User Picture]
From:romashka_zel
Date:July 2nd, 2017 12:57 am (UTC)
(Link)
Знаешь, трус умирает тысячу раз, я такая. Но что касается фобий - это не моё. А тут про господ петербуржцев речь идёт.

> Go to Top
LiveJournal.com