likushin (likushin) wrote,
likushin
likushin

ПоРяДОШНый «Г-N»

Прежде я почитывал, было, работы покойного ныне г-на Г.Померанца (участника войны, большого демократа и правозащитника), именно почитывал, но в иные места текстов этого автора вглядывался до рези в обоих полушариях головного мозга: не мог принять, что такое пишется всерьёз, что, не будучи стебальщиком и мистификатором экстра-класса, можно соединять в единое целое (целое мысли, целое текста) Православие и Талмуд, Достоевского и Экзюпери, экзистенциализм и Третий Рим, Русское и Запад, и многое, многое другое, не только кажущееся несовместным, но являющееся несовместным, и не по упрощонно бинарной схеме «добро-зло», но, так сказать, «по Высшему Закону», или, проще говоря, - по человеческой правде, корень которой – культура. Та самая Культура, о которой Бердяев верно сказал: «Культура – аристократична. Цивилизация – демократична»*.
Но тут прочлось следующее, и оно сдвинуло ломаные кривые, как-то разом сдвинуло, и показалась гармонического лада картинка (ведь и во Аде есть, поди, своя гармония):
«О том, как не размыться в образованщине, как отграничиться от неё и спасти понятие интеллигенции, много пишет и Г.Померанц (не псевдоним, лицо подлинное, востоковед, имеющий в Самиздате целый том философских эссе и публицистических статей): “самая здоровая часть современного общества”, “другого такого прогрессивного слоя не найти”. Но и он остаётся в смущении перед морем образованщины: “Понятие интеллигенции очень трудно определить. Интеллигенция в самой жизни ещё не устоялась” (? - За 130 лет от Белинского и Грановского не устоялась? нет, после революционного потрясения.) Ему приходится выделять “лучшую часть интеллигенции”, это “даже не прослойка, а кучка людей”, “собственно интеллигентно лишь маленькое ядро интеллигенции”, “узкий круг людей, способных самостоятельно открывать вновь святыни, ценности культуры”, даже: “интеллигентность – это процесс”... Он предлагает вообще отказаться от очерчивания контура, границ, пределов интеллигенции, а представить себе как бы поле (в смысле физики): центр излучения (самая малая кучка) – затем “слой одушевлённой интеллигенции” – дальше “неодушевлённая интеллигенция” (?), которая, однако, “развитее мещанства”. (В старых вариантах той же самиздатовской статьи Померанц делил интеллигенцию на “порядочную” и “непорядочную” с таким страшным определением: “порядочные люди гадят ближнему лишь по необходимости, без удовольствия”, а непорядочные, мол, с удовольствием, и в этом их различие!)». - А. Солженицын. Образованщина // А. Солженицын. На возврате дыхания. Избранная публицистика. М., 2004. С. 107.
На «неодушевлённой интеллигенции» и на «порядочности без удовольствия гадить» всё и случилось – распались обманные чары, прояснилось в сознании: квинтэссенция обретающейся, по видимости, Бог весть в каких подпольных лабиринтах-лабораториях «достоевщины» – вот что есть Померанц, Померанц «как зеркало советской и постсоветской интеллигенции». Следуя формуле другого покойника, Солженицина (Померанца высекшего так, что мама не горюй), - прямое зеркало мартышечьих кривляний самоодоествленной (эхо: лéнной-тленной-пленной), демократичной образованщины. **
Напомню, дело было в 1970-х годах, когда только-только явилась на свет и образовывалась теперешняя болотная публика, вожди и учители её, там и сям, не к месту и не ко времени пробалтывающие своё (врождённо-«сословное») презрение к народу; но именно тогда, в 1970-х, была сформирована идеология презрения, чему свидетельством следующие высказывания Померанца: «“Народа больше нет. Есть масса, сохраняющая смутную память, что когда-то она была народом и несла в себе Бога, а сейчас совершенно пустая”. “Народа в смысле народа-богоносца, источника духовных ценностей, вообще нет. Есть неврастенические интеллигенты – и масса”. <...> “Где он, этот народ? Настоящий, народный, пляшущий народные пляски, сказывающий народные сказки, плетущий народные кружева? В нашей стране остались только следы народа, как следы снега весной... Народа как великой исторической силы, станового хребта культуры, как источника вдохновения для Пушкина и Гёте – больше нет”» (Там же. С. 124-125).
Ну и на посошок, чтобы уж точно все точки по местам расселись: «Померанц: “Нации – локальные культуры и постепенно исчезнут”. А “место интеллигенции – всегда на полдороге... Духовно все современные интеллигенты принадлежат диаспоре. Мы всюду не совсем чужие. Мы всюду не совсем свои”» (Там же. С. 122-123).
Вглядываюсь я в личики болотных вождей, вслушиваюсь в их племенные речи и догадываюсь, о какой именно диаспоре речь идёт, третье сряду столетие Русской истории всё идёт, идёт и никак не окончится. Но хрен бы с ними, с этими жирно- и тонкошеими, дело-то вовсе не о них, а о тех, кто рад составить им «массу»; хорошо помнить последним-то, что для «избранного народа» померанцев никакого другого «народа» нет, есть быдло, стадо, масса, для которой невозможны чаемые прекрасномыслящими дурачками свободы, к которой невозможна никакая «любовь», потому «любовь» эта опускает «избранных» «на четвереньки».
Следовательно – плеть, хлыст, строгий покрик, овчарки, выстрел на предупреждение, это и есть идеал завещанного померанцами либерастского, демократического царства. Вот там-то кукольно-ряженый народ и возродится. Н-да-с.

* Н.Бердяев. Предсмертные мысли Фауста // Н.Бердяев. Смысл творчества. М., 2004. С. 373.
** В этой же статье Померанц поминается и цитируется довольно  много; кое-что следует привести. Например...
«... Померанц, представляющий совсем другой круг столичной образованщины – непристроенной, неруководящей, беспартийной, гуманитарной, не забудет восхвалить “ленинскую культурную революцию” (разрушала старые формы производства, очень ценно!), защитить образ правления 1917-1922 годов (“временная диктатура в рамках демократии”). И “деспотического отношения со стороны победивших революционеров обыватель, разумеется, вполне заслуживает. Его трусость, его раболепие воспитывают деспотов”» (Там же. С. 120).
«Померанц: “Интеллигенция есть мера общественных сил – прогрессивных, реакционных. Противопоставленный интеллигенции, весь народ сливается в реакционную массу” <...> “Любовь к народу гораздо опаснее (чем любовь к животным): никакого порога, мешающего стать на четвереньки, здесь нет”. <...> “люди творческого умственного труда становятся избранным народом ХХ века”. <...> Померанц: “Крестьяне не совершенны в религии <...> так же, как и в агрономии”» (Там же. С. 120-121).
А вот из другого текста того же автора, но всё то же: «“Пока старые большевики не были истреблены – над ЦК и ЧК клубился дух демократии”. (Померанц. Попал бы ты к ним туда!)». - А. Солженицын. Наши плюралисты // А. Солженицын. На возврате дыхания. Избранная публицистика. М., 2004. С. 295.
Охереть можно от такого «духа». Но и от «духовидцев» тоже. В первую-то голову от «духовидцев».
Tags: Культура
Subscribe

  • лИШЕнКА

    В одной литературоведческой работе: « В отсутствие назидательности литература лишается оправдания». Встать! Суд идёт. См.:…

  • отВОР

    День выдался тихим. С ночи был снег, и поутру мир явился причудой снежного кружева, а с нею – мрачной грозой обрыва комфортных линий с…

  • ПуПкИ & ПоПкИ

    Из «Царьграда» – для ретрограда, вчерашнее: « Есть разные мнения и суждения. Однако бывают инициативы, реализация…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments